Интервью, фото: Елена Савлохова
Перевод: Любовь Дзюжинская


Facebook x HavenBandcampInstagram x Soundcloud x RA x Discogs



Как проходит твоя дислокация в Берлин?
Хорошо, он очень отличается от Новой Зеландии во всех отношениях: ты переходишь от роли большой рыбы в маленьком пруду к роли маленькой рыбы в большом пруду. В Берлине сообщество вокруг музыки гораздо крупнее, здесь люди намного больше поддерживают тех, кто создает подобные вещи. Новая Зеландия — это маленькое место, где присуща излишняя конкурентность, а тут каждый занимается своим делом и у всех что-то происходит. Полагаю, тут не чувствуют себя неуверенно, если кто-то другой преуспевает.

Чем отличаются остальные аспекты жизни?
Окружающая среда в Новой Зеландии очень чистая, очень красивая. Люди, по крайней мере на поверхности, намного счастливее, но в то же время новозеландцы менее восприимчивы к проблемам, которые у них есть: счастливые на поверхности, но грустные внутри. В то время как в Европе люди просто выходят и не скрывают своих чувств. Вообще я из Англии, это своего рода худшее место, где дело доходит до того, что все становятся абсолютно несчастными ублюдками ха-ха!  Еда, безусловно, лучше в Новой Зеландии, здесь качество хромает. Но это всего лишь мелочи по сравнению с переездом сюда и возможностью заниматься музыкальной карьерой.

Расскажи немного о своем прошлом, как ты связался с музыкой, как это все началось?
Я начал заниматься музыкой с раннего возраста. Когда мне было 5 лет, я научился играть на трубе, а затем в подростковом возрасте на барабанах. Играл в панк и хардкор группах, пока мне не исполнилось 18 лет. Я связался с одной хардкор группой, которая набирала обороты. Так как я не был всецело поглощен в это, они выгнали меня. Примерно тогда я и решил, что должен начать писать музыку сам, поэтому я перешел в хип-хоп. Затем я влюбился в дабстеп и создавал его целую вечность. Оттуда я медленно перешел в более сложное техно. В нем я нашел электронную музыку с текстурой, которая мне так нравилась в панке и хардкоре. Это именно то, что я всегда искал в танцевальной музыке.

Что является врагом творчества и как ты сражаешься с ним?
Самодовольство и отсутствие стандартов. Например, букировать кого-то только потому, что они популярны или красивы, из-за кумовства или даже из-за того, что они приятные личности. Это происходит повсеместно — люди подписываются на лейблы только потому что босс лейбла считает, что они хорошие люди. Для меня это не главное. Это касается и моего лейбла, и даже если я делаю событие, то если ты действительно хорош в своем деле, но полный мудак, я все равно буду работать с тобой. Для меня главное — музыка. Я думаю, что мы живем в эпоху, — особенно если учесть социальные сети, — где изображение имеет приоритет над музыкой. Внутри этого много подделок, много призрачного производства, много людей, которые не изучают необходимые навыки, не идут законным путем. Изображение и музыка могут очень хорошо дополнять друг друга, но мы живем во времена, когда изображение доминирует над музыкой.

Что интересует тебя вне музыки?
Я очень заинтересован политикой — на самом деле, прежде чем переехать в Берлин, я закончил магистерскую степень политики в Оклендском университете в начале этого года. В частности, я смотрел на то, как восприятие личностей политиков влияет на их успех на выборах — то, что сейчас очень присуще. Поэтому я всегда слежу за тем, что происходит. Сейчас я не могу оторваться от пародий происходящих по всему миру. Мне также очень нравится еда и кулинария. Особенно японская еда, итальянская еда, да просто все виды еды! Мне также интересны боевые искусства. Я даже недавно начал заниматься бразильским джиу-джитсу после того, как меня уговорил мой друг Ossian, который руководит S.L.A.M. и сам занимается этим. Я не хожу с ним, потому что по расположению это Веддинг, а это за 3/9 земель от меня.

Интересуешься ли ты UFC и «звездными» бойцами?
Частично, но это лишь потому, что я в боевых искусствах с детства. Мой интерес чисто технический. Я занимался таэквондо в течение 8 лет когда был ребенком, и я всегда хотел снова вернуться в боевые искусства. Сейчас самое время.

Испытание?
Да, это действительно сложно. Дело в том, что я довольно маленький. Мой вес всего 60 кг, а половина других парней весит более 75 кг. Я часто борюсь с этими огромными парнями, которые могут легко перекинуть меня. Но это хорошо, мне нравится вызов, это всегда хорошая тренировка.



Что возбуждает тебя больше всего в том, чем ты занимаешься?
Ничто не сравнится с тем, когда ты играешь толпе, которая любит все, что ты делаешь. Ничто не сравнится с этим ощущением абсолютного разрыва, когда все восхищены — это действительно потрясающее ощущение. Даже просто быть способным разрушать границы производства, даже просто раж, в который я вхожу от написания хорошего трека — тот момент, когда понимаешь, что вовлечен в нечто весомое. В частности, с ди-джееингом мне очень нравится рисковать в том смысле, что я не буду играть прямолинейный сет 4:4, меня больше интересует попытка видоизмениться, изменить жанры. Мне очень нравится, когда я выхожу за рамки и рискую, и это в конечном итоге окупается и люди ценят мой вклад и работу. Это всегда лучшее для меня. 

Ты нервничаешь?
Каждый раз. В прошлом у меня были некие проблемы с тревогой. Так как раньше это было крайне остро ощутимой проблемой, сейчас я могу уже легко справиться с ней. Теперь было бы странно, если бы я и вовсе не нервничал. Ты можешь использовать эти переживания с пользой для себя в качестве ресурса энергии.

Чем ночная жизнь так привлекательна для тебя?
Мне очень нравится воспринимать ее как некое альтернативное пространство, а не как бизнес-ориентированную модель, где обычные люди хотят напиться — на самом деле в этом для меня нет ничего интересного. Но альтернативная ночная жизнь с интересными личностями, которых ты видишь в клубах, является своеобразным видом эскапизма. Я предполагаю, что я пришел к этому потому что мне всегда нравились вечеринки, так что именно побег был изначально тем, что привлекло меня: люди, пытающиеся почти отделиться от своей обычной жизни и быть кем-то совершенно другим, они довольно интересны и так заманчивы. Увлекательно иногда наблюдать за этими людьми в клубах и понимать, что они могут быть врачами или банкирами, но здесь и сейчас они одеты в фетиш одежду.

Что тебе не нравится в себе?
Иногда мне хотелось бы быть чуточку уверенней в себе. Перед концертами меня часто терзают сомнения, взял ли я нужные треки с собой и так далее, и это заставляет меня здорово нервничать перед мероприятиями. Я хотел бы просто сказать себе, что я ведь давно занимаюсь диджеингом, и знаю, что делаю.

Со временем становится лучше?
Становится лучше. Это своего рода приливы и отливы: если у меня несколько концертов подряд, и все они идут хорошо, тогда я буду абсолютно уверен. Иногда тебе необходима толика сомнений в том, какое направление выбрать, и в конечном итоге изменить ситуацию к лучшему. Но если у меня несколько плохих выступлений подряд, я буду весь такой: «О, Боже, что я делаю, я такое дерьмо, и зачем мне это все вообще нужно».

Твоя личность травма или благословение?
Это обоюдоострый меч, это и то и другое. Я очень навязчивый в своих мыслях, я думаю о вещах слишком много, и это является моим самым большим союзником и моим величайшим врагом. Я трачу так много времени на размышления, в то время как мог бы действовать, но в то же время это позволяет мне творчески подходить ко всему — все, что я делаю долго обдумывается. Так что да, это и благословение и проклятие.

Назови что-то, чего ты никогда не делал, но всегда хотел бы попробовать.
Я хотел бы увидеть побольше Восточной Азии, отправиться в Корею, поехать в Китай, посетить Японию. Это довольно скучно, но это именно та одна вещь, которую я никогда не делал. Я хотел бы еще увидеть больше Восточной Европы. Я только играл в Польше, но было бы круто отправиться в Украину и Россию, и во все окрестные места.

Как бы ты описал идеологию Haven?
Мы создали его в Окленде, изначально он задумывался с фокусировкой на клубную вечеринку, состоящую из более сложного и экспериментального техно. В Окленде техно не в обиходе. Гораздо более популярна хаус музыка. Хотя даже андеграунд хаус артисты не особо привлекают людей. Даже довольно крупные артисты, такие как Omar S, не собирают и 200 человек. Это очень маленькая сцена, а для более тяжелого техно не было вообще ничего. Мы привозили таких артистов как Perc, Ansome, Headless Horseman, и на вечеринку приходило всего 80 человек. Изначально проект был создан только из-за необходимости. Мы хотели, чтобы в нашем городе эта музыка имела место быть, поэтому нам просто нужно было создать ее собственноручно. Определенно, мы хотели попробовать пошатнуть устоявшийся стандарт местных ди-джеев. Мы обнаружили подавляющее количество людей, которые не были хороши в диджеинге, они шли легким путем, и использовали ноутбуки в качестве костыля. Я имею в виду, что ноутбуки могут быть очень креативным инструментом и привести к действительно классным вариациям диджеинга, особенно когда наблюдаешь за кем-то вроде Perc или Rebekah, но многие люди в Окленде использовали этот инструмент довольно лениво. Мы пытались побудить людей использовать стандартное оборудование и изучать новые вещи. Кроме того, Окленд — очень непримиримое место. Люди организовывают там концерты, потому что они дружат с артистами, а не потому, что те действительно хороши. Мы пытались разбить эту устоявшуюся форму, именно поэтому мы букали артистов, которых мы не знали лично, но которых мы считали достойными.



Ты как-то назвал себя одним из наименее сентиментальных людей. Можно ли сказать, что грубость твоей музыки каким-то образом отражает твою личность?
Может быть. Ты должна задать этот вопрос людям, которые меня хорошо знают. Не знаю, суров ли я. Некоторые люди, вероятно, скажут, что да. Я не сентиментален. Думаю, что лучше сосредоточиться на настоящем, нежели тратить слишком много времени на размышления о прошлом, полагаю, что именно это я и имел в виду. Во всяком случае, грубые текстуры в музыке являются скорее представлением о том, как я смотрю на мир, отражением происходящего, и того, что мне не нравится. Некое напряжение музыке необходимо, дабы отразить эти негативные вещи. Часто это отражается в названиях моих треков. Многие из них вдохновлены социальной политикой всего этого дерьма. Полагаю, это просто отражает мое отвращение к подобным вещам.

Ты также упоминал, что техно имеет определенную глубину. Какую философию ты видишь в нем?
Ну, я не думаю, что в техно нет никакой философии. К примеру, тот же Детройт, где речь идет о футуризме и об отношениях между человеком и машиной; глядя в будущее пытаться придумать музыку, которая звучит футуристически и отражает время, которое мы еще не видели. Но если посмотреть на более индустриальную сторону, сторону к которой я больше склоняюсь, тут философия отражает негатив общества на аудиторию. Все зависит от того, насколько зрители наблюдают за политикой и обществом, — чего уж я точно не могу знать наверняка. Я думаю, что большинство людей ходят на вечеринки из-за гедонистических побуждений: тусят и отрываются. Вероятно, концепт не выходит за рамки этого. Для меня же речь идет об отражении мирского негатива любым возможным мне способом.

Из всех артистов, с которыми тебе довелось повстречаться или поработать, кто запомнился тебе больше всего с точки зрения личности?
Все люди с которыми я дружу. Ansome, Ayarcana — все они очень яркие личности. С ними очень весело, мы все очень хорошие друзья, и мы проводим много времени друг с другом. Кто-то, как David Foster/Huren, тоже очень поразительная личность, с которой я столкнулся. Он говорит то, что чувствует и думает, он очень «настоящий». У него определенно немного циничное мировоззрение, что и совпадает с моим собственным. Это очень освежает, так как сцена так часто наполнена поддельными улыбками и поддельным дружелюбием направленным на продвижения своей карьеры. Хотя на самом деле все эти люди в большинстве своем очень нормальные ребята, и это одна из приятных вещей. В техно также много больших эго. Даже люди с которыми я дружу могут обладать огромным эго, но, к счастью, в большинстве случаев все они рано или поздно приземляются. Это, по-моему, происходит из-за более старой тенденции безликого техно, где никто не думал особо о личности артиста.

А что насчет рабочей этики?
Ansome, Киеран — это тот человек, который работает очень тяжело. И он должен, потому что у него сумасшедший график, он должен играть по крайней мере два концерта в неделю и придумывать новый материал каждые выходные. Если ты играешь на двух или трех вечеринках, по возвращению ты измотан, и не способен функционировать несколько дней, а уже в среду ты должен готовить новые сеты. Он постоянно обновляет музыку, и я всегда был очень впечатлен его трудовой этикой. Требуется много усилий, чтобы делать то, что делает он. Он очень много работает в студии. Я не видел этого парня целую вечность, потому что он так занят. Кто-то вроде UVB, проводит в студии каждый день. Каждый, кто занимается этим полный рабочий день должен знать, как разделять работу и не тратить слишком много времени на ничегонеделание.



Поделись забавной или смешной историей из жизни, связанной с твоей деятельностью.
Есть много сумасшедших вещей, и есть миллион рассказов, которые можно рассказать, например, о промоутерах, которые пытаются не платить, или про смешных потерянных людей на вечеринках, но на самом деле это все довольно скучно. Иногда забавно взаимодействовать с людьми, которые являются ярыми поклонниками. Динамика довольно странная, потому что они почти удерживают тебя на пьедестале и воспринимают тебя как какого-то странного инопланетянина, который явился, дабы просветить их своей музыкой. Но на самом деле ты просто обычный человек. Всегда неловко, когда каждый хочет фотографию с тобой в конце. Половина из этих людей даже не знает, кто ты и что ты. Было одно выступление, когда я играл на юге Италии с Ayarcana и 138, и к концу ночи к каждому из нас подошло около 50 разных людей, которые хотели с нами сфотографироваться. Это было довольно смешно.

Что ждет тебя впереди? Представляешь ли ты какое-то определенное будущее или ты плывешь по течению?
Дело в том, что ты в определенной степени должен думать наперед, особенно когда ты выпускаешь винилы, потому что это довольно длительный процесс. Ты должен выстроить его так, чтобы релизы не сталкивались друг с другом. Обычно я плыл по течению, но теперь когда я занимаюсь этим на полную ставку, я думаю о будущем. Также запустив лейбл, у меня уже половина следующего года распланирована. Пока речь идет о 4 или 5 релизах в следующем году. Я должен выпустить EP с ребятами с South London Analogue Material в следующем году. На данный момент я делаю демо треков. Несколько недель назад я закончил целую кучу материала, поэтому посмотрю, что из этого выйдет. В следующем году я, вероятно, сделаю еще одну запись для Haven. Но да, в целом я просто хочу продолжать играть и развиваться. Я голоден к игре на вечеринках. Мне необходим опыт диджеинга для роста репутации.

Какое твое любимое место на Земле?
Это зависит от цели, которую я преследую. Если я хочу устроить вечеринку, это определенно будет Берлин. Если я хочу съесть потрясающую пищу, тогда есть несколько мест во Франции, Италии, Японии и Новой Зеландии.

Какую истину ты познал после всех этих лет жизни?
Никогда не ожидай ни от кого ничего хорошего ха-ха. Установи свои ожидания на низкий уровень, и никогда не будешь разочарован.

Или вообще их не имей.
Да!

Вещи, о которых ты не можешь не думать.
Этот переход, который я залажал в своем сете на прошлых выходных. Я один из тех ходячих мемов. Был мем с Беном Аффлеком, где он стоя на улице, выглядел очень подавленным с надписью о лаже с переходами — это я в половине случаев, ха-ха!



На какие вопросы ты не любишь отвечать?
Я не думаю, что они существуют. Мне, по крайней мере, пока их не задавали, это даже обидно! Иногда в Новой Зеландии нам задавали такие вопросы, по типу ‘как жизнь в Новой Зеландии влияет на вашу музыку?’. Никак, это ничего не значит, моя музыка вдохновлена ​​музыкой, которая не отсюда. Такие вещи могут раздражать. В Новой Зеландии они хотят получить определенный угол информации. Если они берут интервью у кого-либо из-за рубежа, всегда есть такие вопросы, как ‘каково Вам играть в Новой Зеландии?’. Да отбросьте все эти новозеландские вопросы! Так оно и работает с новостями. Если есть крупная новость, например, террористическая атака, они начнут сообщать об этом примерно так: ‘Новозеландец получил ранения при террористической атаке’. Как будто все остальные люди из других стран не имеют значения.

Каким было твое первое выступление в качестве Keepsakes?
Это небось было что-то ужасное. Я не уверен, что я хорошо помню, но это был какой-то слегка дерьмовый бар в Окленде, с названием Cassette. Именно поэтому я отложил эту память на задворки разума. Было круто начать учиться миксовать, но это не была хорошая аудитория и место для игры было неподходящим. Я помню свой первый концерт в Европе в качестве Keepsakes. Он был в Лёвене, Бельгия, в крошечном маленьком подвале во вторник вечером. Так как это студенческий городок, то он был заполнен кучей малых, которые с ума сходили.

Расскажи о дне или моменте, который ты никогда не забудешь.
Наверное, когда я играл в Париже впервые. Это был довольно особенный опыт. Я не понимал, сколько фанатов у меня в Париже и в частности во Франции. Париж — это место, в котором я впервые играл большому количеству людей, и это было в Ле-Батофаре, площадка для лодок, которое наверняка сейчас закрыто. Это было потрясающе — пробуждение, осознание того, что людям действительно нравится то, что я делаю. Я это никогда не забуду.

Какой лучший комплимент ты когда-либо получал?
Все зависит от того, от кого исходит этот комплимент.  Это действительно забавно, потому что иногда я играю сеты, которые, как я думал, не очень получились, а люди начинают хвалить меня. Но в таких ситуациях ты становишься глухим к комплиментам. Было приятно, когда мои сверстники и друзья пришли меня послушать и после делились приятными впечатлениями.  Всегда круто, когда люди знающие о чем они говорят, оценивают твою работу. Особенно добры слова от более старых рейверов. В Новой Зеландии и Австралии ты можешь наткнуться на действительно олдскульных трушных рейверов. Фактически всякий раз когда я играл в Веллингтоне, приходила 70 летняя пара. Было приятно получить комплимент он них. Все комплименты от людей, которым все понравилось приятны. Но комплименты всегда особенные от тех, кто опытен в роли рейверов и в роли музыкантов.

Какой вопрос ты хотел бы услышать на интервью и каков был бы твой ответ?
— Тебя замкнули с David Guetta в комнате, которая медленно заполняется водой. Вы оба скованы цепью в противоположных ее концах. У вас есть ключ, который открывает цепь Гетты, и у него есть ключ, который открывает твою. В момент, когда кто-то освобождается от своих цепей, вода начинает наполнять комнату намного быстрее. Твои действия?
— Проглотить ключ и удариться головой об стену, дабы умереть быстро, а David Guetta, чтобы умирал медленно.